Order

ystrek


Rig op die regterflank (Равнение направо)


Рисунки Бориса Зворыкина
Order
ystrek
(взято отсюда)

Юрий Медведев

Возвращение красоты

К земле родной, к проклявшей их Отчизне,
Они вернутся — громом и листвой,
Двойной звездой блиставшие при жизни.
Погасшие в ночи — двойной звездой.

Эти пророческие строки, вынесенные в эпиграф, принадлежат русскому художнику-эмигранту Николаю Константиновичу Калмакову (1873-1955). Написаны они в 1932 году в Париже и посвящены двум другим художникам, чьи судьбы столь переплетены, что сравнение их с двойной звездою не кажется напыщенным. Речь идет об Иване Билибине и Борисе Зворыкине. Оба увлекались стариной, собирали в странствиях по Руси произведения народного творчества, иллюстрировали книги сказок, расписывали православные храмы, оба были любимы царской семьей. Оба — через Константинополь, Александрию, Каир нашли эмигрантское пристанище в Париже и, наконец, даже отдали Богу души в один год. Но если Билибин решился-таки в 1936 году вернуться в Россию и был официально «прощен», то закоренелый монархист Зворыкин до недавних пор оставался у нас в безызвестности. А ведь по своеобразию таланта он мало в чем уступал своему младшему сотоварищу-сопернику (Зворыкин старше Билибина на 4 года), а кое в чем его и превосходил.

Борис Васильевич Зворыкин родился 19 сентября 1872 года в Москве в купеческой семье. Закончил Академию художеств. Учителем своим в живописи называл Виктора Васнецова. С конца XIX века иллюстрировал книги для лучших наших издательств — И. Н. Кнебеля, А. И. Мамонтова, И. Д. Сытина в Москве, А. А. Левинсона и А. Ф. Маркса — в Петербурге. Из множества книг, оформленных Зворыкиным до Первой мировой войны, отметим: «Летописный и лицевой изборник Дома Романовых», «Крепостничество и воля», «Марья Моревна», «Сказка о золотом петушке», «Лавры, монастыри и храмы на святой Руси», «В память столетнего юбилея Отечественной войны 1812 года», «Древняя Русь в пословицах и поговорках». Один из лучших русских орнаменталистов, он выполнял заказы Двора его величества — украшал в новорусском стиле меню придворных трапез, посольских приемов, афиши императорского Большого театра, открытки.

В 1917 году Зворыкин выполнил уникальные работы: на двадцатиметровом (!) свитке начертал старинными письменами, изукрасил фигурами святых угодников «Послание Поместного собора о восстановлении Патриаршества», а также «Послание святейшего патриарха Тихона главам зарубежных христианских церквей».

После Октябрьского переворота Зворыкин, вслед за Билибиным, покидает Родину. По пути к Черному морю заезжает в Симферополь, где молится в храме Святого Александра Невского.

Сей храм он расписывал несколько лет и вряд ли мог предположить, что святыня вскоре будет варварски взорвана «пламенными революционерами».

Два последующих десятилетия, прожитые изгнанником в Париже, заполнены неустанным творчеством. Здесь для издательства Н. Пьяцца Зворыкин создает такие шедевры, как «Борис Годунов», «Сказки Пушкина», «Москва и деревня в гравюрах и литографиях Г. К. Лукомского», «Исповедь» Михаила Бакунина, «Поэмы» Альфреда де Мюссе. О сборнике русских народных сказок «Жар-птица» скажем особо. Художник самолично перевел на французский язык четыре сказки: «Снегурочка», «Василиса Прекрасная», «Марья Моревна», «Жар-птица», переписал их стилизованным под старину шрифтом на плотные листы бумаги, украсил дивными рисунками, переплел книгу в красную кожу, привезенную из Каира. Этот шедевр он великодушно подарил своему работодателю и покровителю Л. Фрикателли — в надежде, что тот издаст «Жар-птицу». Увы, мечте русского эмигранта не суждено было сбыться, хотя он надеялся вплоть до самой кончины — зимою 1942 года, в оккупированном фашистами Париже.

И все же недаром напророчествовано другим нашим гением, что рукописи не горят. В середине семидесятых годов та самая рукописная «Жар-птица» в красном переплете с золотым и серебряным тиснением случайно оказалась в руках Жаклин Кеннеди-Онасис, вдовы американского президента. Красавица Жаклин мудро распорядилась издать эти сказки в переводе на английский.

Россия, как водится, страна чудес. Кто поверит, что ни в одной из наших библиотек нет ни единого, к примеру, экземпляра зворыкинских «Сказок Пушкина» или «Бориса Годунова»? Да и во Франции уцелело всего лишь несколько книг— тираж-то был всего-навсего 900 экземпляров. Давно уж пора российским издателям заинтересоваться творениями нашего гениального соотечественника. Лишь тогда сбудется наконец пророчество Николая Калмакова о возвращении светочей нашей культуры «к земле родной, к проклявшей их Отчизне».

РисункиCollapse )


Не ожидал
Order
ystrek
Сколько всего поменялось в Восточном Берлине после 1990 года, - а вот оказалось, что родное общежитие на Франц-Меринг-плац цело и невредимо, - более того: заведует им всё тот же старый знакомый г-н Гайслер...

Можно даже разглядеть окно нашей весёлой комнаты на пятом этаже в правом корпусе.

PS Впрочем, судя по пояснительному тексту, там внутри всё принципиально перестроили.

Интервью с Наталией Нарочницкой
Order
ystrek
(найдено благодаря another_kashin)

Российская империя - пример согласия?

- Наталия Алексеевна, изменилось ли понятие «нация» в историческом контексте?

- Может, это покажется странным, но марксизм и либерализм - это двоюродные братья, отрицающие нацию. Используя разные методы и опираясь на разные человеческие слабости, оба учения конечной исторической целью ставят глобальное сверхобщество - безнациональное и безрелигиозное. В марксизме исторический субъект - класс, а в либерализме - индивид. А нация у обоих не субъект истории и должна отмереть. И в марксизме, и в либерализме «национализм» трактуется как нечто отрицательное. И обе идеи преподносятся как якобы альтернатива возможному конфликту на национальной основе.

- А может, так и есть? Может, тот же либерализм - это выработанная современным обществом защита от войн на национальной основе?

- Как раз итоги ХХ века демонстрируют кризис такой доктрины. В России - исторически православной империи, бывшей многонациональной еще с дружины языческого киевского князя - не было межнациональных конфликтов. Все народы имели возможность молиться своим богам, но принадлежность к целому была источником ценностей. Вспомним сцену приведения к присяге полка из «Поединка» Куприна. Сначала православный священник приводит к присяге всех православных; потом ксендз - нескольких поляков; затем, за неимением пастора, штабс-капитан Дитц приводит нескольких лютеран, по-видимому, прибалтов; мулла - татар; единственному язычнику подносят на кончике шпаги хлеб, и он клянется Луной, звездами в верности государю. Скажите, в армии какого демократического государства можно найти такое уважение к самобытности в сочетании с верностью общему историческому пути? Огромное заблуждение всех современных утопий, что безнациональная и безрелигиозная идея - это и есть единственно возможная модель для многонационального государства.

О национальном «шовинизме»

- Но разве пример согласия в Западной Европе не говорит в пользу «наднациональной» теории?

- Пример Западной Европы как раз говорит об обратном: десятилетиями утверждавшая, что главное - это равные условия в общественном устройстве - демократии, она сейчас демонстрирует отталкивающий этнорасистский протест против пришельцев с иным образом жизни. И этот конфликт не может быть решен в рамках той идеологии, которая сейчас там доминирует.

- То есть, по-вашему, чтобы достичь мира и согласия в многонациональной России образующая ее нация - русский народ - должна вспомнить о своей уникальности?

- Каждый народ в России уникален, потому нужно признание самобытности за каждым народом. Не нужно трубить, но нельзя и бояться признать, что русский народ - это основатель российской государственности, это державообразующий народ.

- Разве это не породит упреков в идее превосходства одного народа над другим?

- Речь совсем не о превосходстве! Опять «истматовское» толкование национальной идеи как шовинизма! Если мы хотим выжить, то обязаны восстановить способность русского народа к продолжению себя в мировой истории. Тогда на этом стержне расцветут все другие народы, которые в свое время осознанно соединили свою судьбу с Россией, русскими. Вспомните, в какое государство вступали народы России. Неопровержимый факт истории - то, что русское расширение в отличие от франков в Европе было мирным, и большинство народов входили в российскую государственность добровольно, иные даже подолгу просились. Разве они вступали в «общечеловеческое», безнациональное, безрелигиозное государство? Да они в ужасе отшатнулись бы от такового как от дьявольского изобретения! Россия была примером подлинной империи, и это слово надо реабилитировать.

(дальше)

?

Log in

No account? Create an account